РОДОМ ИЗ ДЕТСТВА


.

yesterday at 8:48 pm

РОДОМ ИЗ ДЕТСТВА
_________________________________________
В одно воскресное утро мама зашла с улицы в дом и прошла прямиком в комнату, где мы спали с сестрами: «Девчонки, а папка по снегу на велосипеде катается в лесу!» Для долгожданного выходного дня было слишком рано вылезать из-под одеяла, но любопытство тут же выгнало нас на улицу.
В мартовские дни яркое солнце плавит снег беспощадно, с крыш капают уже не отдельные капельки, а льются целые тонкие струйки воды, как ручейки. Снег на земле блестит и сверкает как глянец. А к вечеру морозец схватит так, что к утру наст сделается крепким-крепким. Гуляешь по нему смело и свободно, и в сугроб провалиться не боишься, а тут такое новое неизведанное приключение — увидеть папку за детским занятием, забрать у него велосипед и покататься самой!
Дом у нас был рядом с лесом. Солнышко уже занималось где-то на горизонте, наст был ровный и гладкий. Папа подкачал колеса еще у одного велосипеда, и мы довольные стали гонять по луговине и по лесу между деревьев, пока солнышко не вошло в полную силу. Эх! Классное было утро!
Скучать не приходилось, всё время какое -нибудь дело или приключение у нас находилось.
Зимой с девчонками- соседками закатаем штаны на валенки, и пойдем в лес сугробы мять. Попадется поваленное дерево- заберемся на него как наседки и опрокидываемся назад спиной в пушистый мягкий снег. На деревьях большие снежные кучи лежат — так и просят раскачать елку, чтоб сугроб с ветки свалился на подругу. Набродимся по лесу, навеселимся- домой придем едва живые. Штаны уж настолько заиндевеют- колом стоят- что снять их можно стягивая друг с дружки только вместе с валенками. А на рукавицы снег налипнет и скатается шариками, они сделаются большими и тяжелыми, и в руки уж ничего не получается взять.
Когда нужно было помогать родителям, без забав не обходилось. Не интересно просто сено зимой в сенник таскать — сначала со стога накатаемся будто с горки. С крыши снег весной скидывать надо помогать -так там тоже горка! Оттуда в сугроб еще интереснее лететь! В одном месте на крыше железная заплата была, боялись, как бы на нее не заехать. Ну а как без царапин и без слез! Всегда играли так, что уж или очень хорошо, или до первых слез. Кто-то заревел вдруг — тогда игра прекращалась, и все сразу расходились по домам.
У лесничества была любимая большая крутая горка. Туда ходили кататься на санках зимой. Подкинет тебя на ямке, перевернет да и развернет, и опрокинет так, что распластаешься как звезда , а на тебя еще и санки сверху приземлятся. Незабываемые ощущения! На санках станет не интересно кататься- нарвем куски фанеры или клеенки, на них-то еще круче несет. Зацепимся с девчонками и парнями паровозиком и помчимся с горы — хвост окажется впереди, и друг на дружку все повалимся. Визгу, смеху, хохота, веселья и куража сколько!
Под горкой внизу стоял забор. Лена с разгону однажды вписалась в него, да так, что ноги между штакетником проскочили. Подмога побежала тут же на помощь, чтоб вытащить ее из забора. А Наташины санки наскочили на невидимый столб под снегом, и она с лету улетела вперед лицом в снег. Когда поднялась из сугроба, мы не смогли сдержаться от смеха, сквозь маску снега на лице просвечивали и мигали глаза, как-будто это была не Наташка уже, а снежный человек.
Приближался май, и все мы ждали очередную забаву-ловить майских жуков. До сих пор ребята вечерами до темна за лавой носятся и кричат там как на настоящих спортивных соревнованиях. Ребята даже деревянные лопаты не поленятся сделать, чтоб сшибать жуков высоко в полете. Такой крик стоит за рекой, что и нас-то в Николе азарт захватит. Пролетит майский жук мимо, потом второй, снимаешь скорее с себя кофту и запускаешь ее в третьего, четвертого, десятого прямо на дороге. И считаем: попал- не попал, и кто больше сшибет.
В детстве мы так же ходили ловить майских жуков за огород на поле, там где сейчас улица Лесная . Они летят с реки к лесу к кустам, а ловцы уж тут как тут. А потом отпускаем обратно ошарашенных жуков , подкидывая в воздух. Они не сразу и вспомнят, что летать умеют.
Как и мы раньше, сейчас ребятня некоторых жуков тоже берут «на воспитание» домой на денек, оборудовав спичечный коробок под домик и засунув ему березовый листик. Еще и в школу принесут, показывая своего друга всем: «Вот у меня-то ведь разведчик!»
Май был временем походов. Кто придумал-не известно, но перед 1 маем Никола ночью замирала. Молодежь и детвора ушла в ночной поход. Мы с Леной и с подругами соседками Надей и Олей пошли как-то под Пузовку к реке. Самое главное в походе — это кашеварение. Брали все для супа, пекли картошку, ставили чайник. Только , кажется, и занимались тем, что варили и ели. Сколько в походе не ешь-в домой все-равно вернемся голодные — зашумим, захлопаем холодильниками-кастрюлями-словно неделю не едали. Запомнился тот поход тем, что с наступлением темноты одна всегдашняя трусиха Елена начала у нас наводить панику своим страхом. Рядом полноводная и быстрая река плещется шумно и издает звуки , что, кажется, как-будто кто-то идет. Вот и костер сделался тусклее, и дров уже нет, чтоб подкинуть. Со стороны кустов уже тоже что-то страшное мерещиться начинает всем. Решили тогда мы , что домой собираться надо — что-то вдруг жутко стало всем. Пока выходили по траве- занялся рассвет. Поднимаясь в горушку, обернулись назад -и как сейчас помню-тянутся от реки до нас четыре полосы следов по седой от росы траве. А над рекой и выше травы красивый туман.
А лето — это река, велосипеды, беготня и ребятня. Много ребятни! Вечерами так заиграемся, не заметим , как прохладно и сумеречно стало на улице. Позовут ужинать, а уходить не хочется, договоримся после ужина снова выйти на улицу. Помню: выйдешь из дома- сразу поежишься — холодно — то как стало, да и темно. Наигрались на сегодня, похоже.
Лето без реки казалось немыслимым! И проживали-то , кажется, на реке. Только накупаешься, пока домой в горку поднимешься, уже снова на реку хочется. Дома поешь наскоро, хлеба возьмешь, чтоб на костре сухарики делать, и обратно бегом на реку торопишься, как-будто боишься опоздать. Раздуем затухающий костер, накидаем веток и балазгаемся в реке, пока не замерзнем. После купания костер — самое то! Кто-то так докупается, что губы трясутся. Вот грелись, обсушивались, хлеб на ивовом прутике над костром зажаривали и снова в реку бежали купаться. Нас народу много на реке было, и ходили без сопровождения взрослых. Если вдруг замечали, что кого-то на глубину понесет, за руку хватали и вытягивали скорее , чтоб ноги дно почувствовали.
За зданием клуба был заложен фундамент для строительства новой конторы, но на нем много лет ничего не строилось. Большой по площади, одна его сторона шла под угор и была намного выше над землей, чем первая. Ребятня быстро определила его основное назначение как место для детских игр. Мы придумали играть на этом фундаменте в ляпы — догонялки. Перепрыгивая лихо через все проемы, мы не замечали высоты. Знали, где быстро не убежать, так как там кирпич выпал, какую ляпу можно обхитрить, перепрыгнув с разбегу самый страшный высокий и широкий проем, который не каждому давался. Покорить его хотелось всем, и даже специально тренировались, чтоб потом испытать важность и гордость после первой удачной попытки. И тут до слез доходило- падали и коленки расшибали, но все-равно каждый вечер собирались снова и снова.
Случались переезды из одного дома в другой, старые друзья , хоть и в Николе, но жили уже все-равно далеко. С новыми соседскими парнями и девчонками мы придумывали себе новые забавы в любое время года.
Каждое лето на каникулы к соседке тете Гране приезжали внуки. В лесочке у нас , который рядом с домом, настроят избушек, и так здорово у них получалось! Строили настоящие двухэтажные хоромы, как нам казалось. А нас и не пускали туда и с собой не брали, даже не скажут, в каком месте у них домик. Нам с девчонками ничего не оставалось, как шпионить за ними. Найдем у них в лесу домик, они его разберут, в другом месте построят. Тот найдем, и его разберут. И сделали они, в конце концов, что-то похожее на лабаз на высокой сосне чуть не на самой макушке подальше от любопытных девчонок. А нам уж и выслеживать их надоело. Сами о своем домике в лесу мечтали, только среди нас строителей не нашлось.
А велосипеды?! Купили , наконец-то, и мне долгожданный велосипед. Стали девчонки учить кататься во дворе у дома. Учение простое: держат за руль и за багажник, и как только я набираю скорость -отпускают, а там, как говорится, дело техники. Самое главное правило — смотреть прямо. Какое там?! Еду я однажды, как тогда казалось вся умелая и деловая, и вспомнила вдруг, что смотреть прямо надо, а не на педали, и тут навстречу машина откуда -то взялась! Ну я в канаву с дороги и завернула. Мягко, прямо в лужу.
Так потом учили ездить на велике и Лену, и Марину. Как вспоминать будешь, кто как учился, так и у всех, наверное, такое приключалось.
В свой первый выезд сестра Лена тоже ехала вся замечтавшаяся и довольная, что ехать получается, пока машина не показалась. Сообразить не может, что делать, про тормоза не вспомнила, ногами тоже не затормозить- до земли не достают, вот и съехала на обочину с дороги, а там горка! Глаза закрыла, и по кочкам поскакала , пока переднее колесо в забор не уперлось. Даже не упала!
Потом уж друг дружку катали, и падали, были и синяки, и ссадины, и слезы. Решила Лена Марину прокатить на багажнике, а еще и на раме катали. С горки грохнулись-ох как не сладко было! Марина тоже печальный опыт имеет. Посадили за руль, наказали «Смотреть все прямо!». Сверху закатанный на сапог носок замотало на цепь, и чем это кончилось -смотрите историю выше. Ох как снова не сладко было! И обидно!
Иногда такие виражи выписывали на велосипедах -жалко было, что никто не видит. До Починка рекорды в велосипедной гонке устанавливали, за какое время проедем. А уж специально всегда, если кто-то рядом стоял или проходил, крутышку из себя вообразить не получалось. То в крапиву унесет мимо мостков, то в канаву.
Лена рассказывает, как свалилась она таким образом в канаву, а у соседского дома в машине незнакомые дядьки сидели. Так стыдно было ей, что она решила не вылезать из мокрой канавы, пока эта машина не уедет. Ноги уж затекли и промокли, сидит, себя жалеет и мужиков ругает «когда вы и уедете-то?!», как сверху вдруг мужской голос громыхнул : «Давай руку сюда!»
Она рассказывает эту историю, а мне вспоминается, как я шла забирать из детского садика ее и Марину в зимних потемках. Тогда мостки вдоль дороги были настелены. Не шла, а катилась по ним и возомняла себя фигуристкой, пока в самом конце мостков, где они были извиханы и переломаны, не подскользнулась и не упала. Лежу и подняться не могу, по знакомым ощущениям понимаю, что сломала левую руку, ведь только-только сняли гипс с правой руки. Никого кругом нет, чтоб позвать на помощь, лежу и думаю, что, наверное, тут и погибну. Громкий мужской голос « Помочь встать?» заставил вздрогнуть и прочь долой угнал мрачные мысли. По льду уж как-то страшно было потом кататься, зато велосипед до сих пор любимое дело.
А вечером уляжемся с девчонками спать в своей комнате и начнем шептаться, делясь впечатлениями.
Луна в окошко заглядывает. На улице светло — светло сделается, я встану и отодвину занавеску. Лес далеко просвечивает, от снега луна отражается, что, кажется даже, сейчас волка за деревьями увижу. Стою и думаю, вот утром катались тут по насту на велосипедах, а сейчас ни за что бы туда не сунулась. Лена как мысли мои читает: «Оль, если бы на спор за сто тысяч рублей, прошла бы по лесу или по большой дороге одна сейчас?»
Не пошла бы… Хотя в темноте по дороге ходить приходилось. Без всякого спора.
(продолжение следует)
https://vk.com/album42659122_251063217

Добавить комментарий